Единственное украшенье — Ветка цветов мукугэ в волосах. Голый крестьянский мальчик. Мацуо Басё. XVI век
Литература
Живопись Скульптура
Фотография
главная
Duvert Tony - Фантастический пейзаж
Для чтения в полноэкранном режиме необходимо разрешить JavaScript
PAYSAGE DE FANTAISIE
ФАНТАСТИЧЕСКИЙ ПЕЙЗАЖ
перевод bl-lit 2020

|

Мне холодно, но я не позволю своим зубам стучать это было бы слишком приятным радостным звуком моя кожа стала гусиной я чувствую возбуждение зима продолжается внутренности мертвы испуганный взгляд настолько ослабел что нет голоса только бульканье этой сжавшейся плоти ничего не говорящей
тела других я любил их без понимания я засох иссяк закрылся окаменел там где я надеялся хоть что-то разглядеть
челюсти плотно прижаты друг к другу язык загрубел и съёжился потому что вся слюна иссякла вряд ли эта штука откроется достаточно широко чтобы смеяться два три пука поднялись по трахее чтобы удариться в моё нёбо я ощутил их прохождение менее приятным чем через жопу менее вонючим менее живым но я не смеюсь я ничего не чувствую мой член гниет мои конечности совсем окоченели
конечно они в конце концов заметят этот кусок засохшего мяса они каким-то образом влюбятся в него понесут его на мужских плечах у них будет какая-нибудь специальная комната где посадят его возможно в борделе на стул с прямой спинкой и я стану председательствовать я орнамент я выгляжу довольно симпатично сидя в какой-то темноте его кожа пожелтело-фиолетово-зеленоватая его щеки запали его губы бурого цвета из-за старой высохшей кожи я испытаю ощущения впечатления от образов вещей                                           способности тел                                  смех украдкой                                   Я больше не могу найти глазами             я открываю веки глаза видят ничего не воспринимают               они мертвы или может быть просто здесь никого нет  как у больной вещи которой я сейчас являюсь        когда-то были прекрасные сверкающие глаза и как мягко как тепло чьё-то прикосновение к закрытым глазам для поцелуя которого я жажду
потому что когда-то я был очень нежным
мне целовали их под ресницами густыми ресницами я хотел бы понять что за лица вокруг вырвать из тьмы лицо я неуклюже двигаюсь вокруг себя в этом глубоком колодце нет больше эха получится ли у меня найти обрывки нежных несуразных воспоминаний они возникают ниже в стороне моей задницы моя задница я немного её чувствую сейчас её половинки прижимаются к какому-то натянутому вельвету с плюшем тугие пружины с большой предосторожностью осели под задом должно быть под драгоценной частью чьего-то тела но тут сейчас темно и лиц не разглядеть
я ищу повыше там или ничего нет или скорее чей-то зад                          его присутствие                        окружающее безмолвие                      что-то отчётливо гейское детское          и всё белое
я удерживаю это внутри себя как какой-то крохотный мячик для того чтобы метнуть его как можно выше
я наслаждаюсь тем что я счастлив иметь его внутри себя если бы только я знал как оно называется и для чего используется
бесполезно пытаться сейчас у меня нет сил я начинаю различать смутные движения перед собой чьи-то другие тела они все стоят они не боятся их задам будет больно пока я сижу и боюсь
не опознаваемо не ясно тому виной мои глаза слишком холодно мои веки подрагивают но это от холода мои губы шевелятся по крайней мере сейчас я вижу себя небольшие клочки надорванной кожи замёрзшая плоть сопли стекающие по моему подбородку длинные вьющиеся волосы спускаются на мои плечи должно быть я собака или девочка
нет только длинные волосы и у меня есть член от него плохо пахнет там внизу хоть не наклоняйся вперёд
комната чёрная стул с прямой спинкой чёрный это бордель они подобрали меня на углу улицы я умирал голодный избитый я никого не могу разглядеть я никого тут не знаю они должно быть чёрные на чёрном ибо я могу различить только движения когда чёрное скользит мерцает вздрагивает комната должно быть состоит из чёрных тел переплетённых потолок стены и дверь если бы я только мог обнаружить какое-нибудь окно но их там нет хотя они должны быть и открыты потому что я замерзаю я встаю чтобы сделать пару шагов по проходу пока не достигаю портика а затем снова ложусь какой-то парень проходит мимо он в шляпе и сером пальто он долго смотрит на меня я открываю глаза раскрываю их пошире широко раскрываю свой рот в болезненной гримасе демонстрируя ему тёмную дыру без зубов потрескавшийся язык тёмную щель губ он подходит ближе он улыбается находя меня симпатичным с моими зубами такими прекрасными и белыми с моими белокурыми кудрями моя поза нищего ему хотелось бы сфотографировать меня это какой-то английский парень в солнцезащитных очках и щегольских туристических шортах это он говорит Щёлк? Я пожимаю плечами он щёлкает и исчезает я могу заставить их всех пожалеть меня если захочу они не положили меня на кровать они оставили меня в пустой комнате на стуле с высокой спинкой они ничего не объясняют они должны были сказать мне кто я такой я бы поверил во всё что угодно я бы хотел поверить во всё что угодно                                                                                         
тишина
безмолвие отскакивает от меня слишком много образов приходит сейчас с этим упругим белым мячиком который так хорошо помещается в ладони у меня были ладони когда я играл дрочил кончал
Те разрастающиеся болячки они приводят меня сюда привязывают меня к стулу с ножками привинченными к деревянному полу насквозь пропитанному кровью мои кровоточащие глаза истекают кровью окружающая чернота бездна ниже моего живота я могу вообразить измыслить член раздутый подобный опухоли торчащий вверх они пытали меня я выплёвываю мою жизнь слово за словом с её ночами и милыми утрами я говорю после чего они разрывают меня на части вспарывают меня и слышатся голоса
Я слышу каскады воплей пронзительных хриплых несущийся сломя голову нечеловеческий голос исходящий из человеческого тела моя одежда прилипла к кровавым порезам они снимают с меня скальп хотя им не удаётся закрыть мои веки после моей смерти мои глаза зияют подобно двум яйцам высосанным досуха
я прихожу в себя они вытаскивают меня из портика запирают меня в грязной комнате мучают меня там я наслаждаюсь тем что они называют меня садистом называют меня педиком я понятия не имею что это слово обозначает в моей жизни это что-то связанное с задницей думаю я из-за их проделок когда я сидел а стул был подо мной Ох что за странная мысль
он расстегнул верхнюю пуговицу своего пальто достал блестящий бумажник я кивнул головой да его машина припаркована неподалёку однажды он фотографировал меня у себя особенно когда я открываю рот и вы видите чёрную дыру после чего ушёл
я заползаю как можно дальше отыскивая укрытие от холода и как найти слова те самые слова что говорил раньше о том что там было
пидорское безмолвие вокруг неизвестно
тёмное место
я в одиночестве не позволяю своим зубам стучать я голоден Другие зимы проходят мимо мамочка умерла больше я ничего не помню давайте посмотрим что там было ещё
задница
как эта штуковина была прекрасна и тепла
нежность поцелуя задницы я хочу любить их всех все подойдите ближе коснитесь меня я не могу никого из вас опознать
моё сердце сильно колотится механический нечеловеческий звук выходит из моих издают мои губы язык обратно сжимаю челюсти осторожно смотрю вниз на свой член краем глаза замечаю нечто отскакивающее от моей щеки я качаю головой это болтается сама щека я должно быть истекаю кровью они ещё не закончили со своей бритвой
Я шагаю чуть дальше добираюсь до вентиляционной шахты метро растягиваюсь на решётке тёплый поток воздуха доносит до меня запахи пердежа, ног дурные запахи изо рта
симпатичный парнишка останавливается недалеко от дерева достаёт свой член и начинает тихо играть с ним не замечая меня
этот твёрдый член крепкого мальчика он с лёгкостью заполнит мои щёки не причиняя никакой боли или напряжения он совсем не чудовищный у парня вьющиеся светлые волосы поникшая крайняя плоть и ох какой-то жуликоватый вид
время от времени я напоминаю себе что надо собраться это позволяет мне счастливо вспомнить мою боль в животе там дымка пена клубок старых волос и я не сознаю что там ещё кружится внизу
они раскрывают меня и тела вылетают из меня они требуют ещё образов других воспоминаний которыми питалась моя кожа моя плоть
он застёгивает брюки и уходит я вижу его выплеснутую сперму я подхожу поближе к дереву там ничего нет я провожу рукой по грязи там нет ни одной капли ни одного сгустка для меня
возвращаясь домой он должно быть стащил из какого-то мусорного бака старый черный ботинок чтобы засунуть в него свой член чтобы помочь ему спать по ночам вагинообразные удары по нему сводят с ума, заставляя кончать в женский блестящий ботинок по щиколотку
я решил немного походить по улицам я надел пальто я надел шляпу мои кудри торчат во все стороны из-под полей делая меня смешным хотя я заметил ещё более смешного человека чем я хотя он и свернулся калачиком под портиком, от него пахло мочой, но не дерьмом, вероятно, он не поел достаточно, чтобы высраться или же дерьмо вышло из него маленькими кругленькими шариками козьего помёта в нём не было ничего особенного кроме единственного злобного глаза который постоянно оставался закрытым либо от слишком сильного смеха, либо от последнего еженощного сна
есть вещи которые ты не забываешь я всегда вижу одно и то же маленькое окошко зияющее в середине огромной желтой стены там где висит простыня когда мне снится этот сон я сразу просыпаюсь
я кричу от страха в темноте мое горло сжимается снаружи снова ночь мои простыни сброшены скомканы в ногах испускают сильный запах кисловатый душок детского члена который слишком часто дрочат смешанный со свежим ветерком который испаряет все даже эту прогорклую росу
группа мальчиков ночь сад трепещущий ветер полная луна с ее злобной молчаливой ухмылкой толстые юные фаллосы крепких мальчиков смеющихся когда они приходят я могу представить изобрести такие сны мои простые сны проходят за пределами этого окна что смотрит на тени и холод
все четыре стены покрыты грубой черной тканью, свободно свисающей, свет исходит от раковины в одном углу потолка, но его едва ли достаточно, чтобы что-нибудь разглядеть
когда идёшь, пол пружинит некоторые комнаты здесь без мебели какие бы ни были там полы они полностью покрыты матрасами десять или двадцать парней могут валяться на них не стукаясь задницами или локтями друг о друга комнаты похожи на обитые войлоком камеры сумасшедших они посадили меня здесь в кресло с прямой спинкой качающееся взад-вперед на этой палубе любви качающейся вероятно как на волнах.
ты садишься на стул стул с прямой спинкой чернота вокруг и ждёшь это их правила я жду это игра мяч поднимается высоко в воздух кажется светится в центре себя надо мной принимая форму формирует себя в я теперь снаружи повсюду
я задыхаюсь зима разражается мой жар замолкает запертый здесь гроза как и в любую другую ночь и сад внизу коричнево-серый где играют тени должно быть их по крайней мере не меньше десяти я терпеливо сижу на стуле с прямой спинкой никого из нас их никого либо ещё
несносное лето, когда в штанах до колен грязных шортиках я играю у стены залитого солнцем дома прохожий, одетый во все серое отбрасывает мой мяч, отскочивший слишком далеко он подходит ближе суёт руку между ягодицами моего зада бормочет как он любит юные глаза мои глаза, я держу рот закрытым они сажали меня туда раньше в такую же позу намеренно отбирая выбор иного места и начинают все сначала я голозадый больше не играю глядя в сад и никто еще не понял что я убежал
он прислоняется к дереву и играет со своим членом мой пристальный взгляд беспокоит его он закатывает свою крайнюю плоть вдоль ствола затем раскатывает натягивая как какой-то мешочек за его веревочку сперма переполняющая мошонку взрывно омывает головку горячей белой и склизкой слизью какое то дерьмо на нижней части его штанов промежность неожиданно в какой-то пасте ду-ду бурбуликами жидко сбегает вниз он ищет какую то веревку в карманах чтобы обвязать крайнюю плоть он видел или помнит раньше на крышке открытого мусорного бака пару блестящих кучерско-кавалерийских сапог он думает о длинном хлысте гибком и сверкающем как молния хватает один из сапог и засовывает его под мышку как букет цветов они все как увядшие стебли истекающие вонючей слизью
кто-то проходя склоняется я от него получаю поцелуй кулаком танцующие красные круги я отскакиваю к нему снова он продолжает они используют ножницы и хлыст для верховой езды я вспоминаю это как только прихожу в себя и обнаруживаю что-то длинное и твердое и продолговатое, причиняющее боль меня усадили меня на верхушку этого это  втиснули полностью в мои внутренности я могу даже попробовать это на вкус я больше ничего не чувствую я пытаюсь спрятаться, прижимая ноги к груди мои колени упираются в мои соски
у подножия огромной желтой стены какие-то маленькие муравейники в серой траве чудесным утром им удаётся найти меня я издаю стон чтобы порадовать их больше это далеко за городом движение шара в воздухе туда-сюда изолированные формы очертания
мальчик
дерево
дом
солнце
нет                                                                      нет
дерево сегодня это улица
очень скоро я буду в состоянии двигать одной рукой я получу почти всё своё тело назад буду в состоянии коснуться остального я все еще не в состоянии представить какая часть движется зубы стучат одежда содрана плоть покрыта гусиной кожей сквозняк который сушит что то влажное на моей коже у меня ещё есть кожа кусочки ткани прилипли к ней я хватаю один он отслаивается я кричу
Я слышу свой булькающий  голос он звучит слишком медленно это не мой голос хотя он и не исходит ни от кого другого я сжимаю грудную клетку пропускаю воздух по протокам каналам костей и тканей вибрация долгая неясная бесконечная коридоры с эхом я обнаруживаю их снова я слышу тысячи голосов одновременно отдаленные раскаты смеха
на моей щеке небольшая
марлевая клейкая повязка
они прячут мои раны чтобы показать меня другим людям в черном которые проходят мимо образовывая круг с любопытством оглядывая меня мои губы широко раскрыты глаза закрыты они забыли о повязке на подбородке кровь все еще льется из моего рта мы все думали что я умер но они скоро соберут меня вместе в конце концов для их же блага высушить меня
безмолвие белое наивное сверхнеосязаемое туманное оно распространяется во мне постепенно
поднимаясь поначалу от задницы бёдер
заполняя меня повсюду
долгий вдох наполняет мои эластичные яички они разглаживаются теряют складки твердеют растут круглеют становятся жёсткими туда возвращается кровь они ничего не объясняют мне они должно быть ждут мы ждем и я понимаю что если
три прожектора и я в центре мужчина кричит глядя на меня я смотрю на него у меня в руке конфета я хочу пососать её ее но мне не разрешат этого делать до тех пор пока
я голоден они бьют меня по лицу снова и снова чтобы я привык затем ребром ладони и моя кожа снова раскрывается мое тело при каждом ударе коченеет и мои крики становятся все приглушённее
в любом случае слишком утомительно кричать я раздражаю их у меня больше нет сил бороться так что они решают засунуть пивную бутылку в форме ракеты в мой анус они поднимают меня позволяя мне снова упасть избегая того чтобы бутылка внутри меня разбилась мои внутренности разом дёргаются ох мой живот но я с силой сжимаю свой зад и бутылка выпячивается остается висеть не разбивается они этого не ожидают и они не посмеют разорвать меня
я вижу как в темноте блестит сперма они тут же останавливаются и вытаскивают бутылку я слишком устал к этому времени на улицах уже никого не было я иду пешком под конец теряю сознание
парализованный холодом темнотой я блуждаю им нечего бояться самый высокий одетый во всё серое указывает на меня и другие бросаются на меня унося меня должно быть я угодил им потому что они связали меня и оставили страдать несколько дней от темноты от голода они могли если бы захотели дойти до конца и высосать всю мою кровь чтобы посмотреть что останется после этого
в ряду стульев с прямыми спинками я увидел другие обнаженные тела, смазанные в темноте как и я но без какой-либо жидкости внутри
прежде постоянства прежде тех первых дней будут те о которых я хотел бы услышать здесь и в другое время в стране о которой я забыл я вспомнил тишину той вотчины руку у моих ягодиц раздвигающую её он приподнял меня усадив на свою огромную раскрытую ладонь затем перевернув меня в своих руках как у грудного ребёнка сосущего младенца его нос терся о мою ширинку роясь глубоко в прорези интересно что он там выискивал
мои руки как согреть их под этим ледяным ветром страха
они меняют обменивают перемещают меня я принимаю их решения я слушаю их с облегчением освобождённый их голосами подчеркивающими определенные слова я пытаюсь понять их и запомнить я понял слово ребенок
я повторяю его                                                                 ребёнок
они назвали меня ребенком и заперли здесь
кошмарный пол катится вверх затем вниз трахает меня в ночи непристойные сны я должен оглядеться вокруг себя и встать найти какой-нибудь источник света звука найти что-то вертикальное, чтобы встать прямо против чего-то горизонтального чтобы прижаться к нему крепко не склоняясь не блеванув никто никогда не войдет сюда снова я потею пузырьками от страха электричество в воздухе гроза
снаружи мое сердце бьется так быстро желтая стена сернистая там где зияет окно что будет снаружи этого обжигающего дождя очень скоро небо над и все вокруг окружающее
река текла там внизу у подножия деревни под мостом дома стояли на крутом холме и там солнце простиралось над торчащей макушкой церковного шпиля и весь путь вниз к большому лугу внизу был пересечен меловыми дорогами пыльными белыми тропинками ведущими в густые темные леса каштанов и сосен
ручьи прорезали поля, и водяные гадюки, черные и блестящие, перечёркивали их там, где мы купались нагишом мы боялись змей но играя в мяч держа круг резко бросая мы забывали о них собирая болотный тростник, сине-желтые ирисы огромный большой луг рядом с высокой травой спрессованной из-за всех наших игр
Я могу вытянуть руку вправо другую влево но я ничего не могу коснуться стены слишком далеко пол сейчас провалится подо мной и я упаду как высосанное досуха яйцо не зная куда
он должно быть увидел те сапоги и не смог устоять перед ними ведь на улице не так уж много вещей которые тебя привлекают ты сразу замечаешь их и становишься таким же свирепым подобно волку
это потому что люди выносят мусор в свои мусорные баки немного раньше или после рассвета но я был на улице без живых людей что случилось где-то ещё затем я должно быть двинулся дальше чтобы найти менее холодное место где люди по-прежнему проходили мимо и он помог мне подняв меня за локоть и воротник моей изодранной куртки я был удивлен что он захотел привести меня сюда в этот прекрасный старый загородный дом у воды он срезал путь через поля я был слишком тяжел чтобы нести меня всю дорогу поэтому он посадил меня рядом с грудой белых камней я долго ждал там по счастью находясь в тени от этого сухого ветра и этого мрачного солнца от которых я болел он вошёл в дом через служебный вход свет появился в окнах два крошечных окошка причудливо расположены на огромном плоском участке стены напротив меня и люди в ярких костюмах выходят в сад они несут китайские фонарики и те раскачиваются когда они приближаются я решил что разумнее заплакать подняв пронзительный вопль как только цветные огни замерцали надо мной и некоторые дамы закричали Ох но кем может быть этот милый маленький мальчик? таких, как он, мы еще не видели! они эти прекрасные дамы я мог сказать это сразу по их сильно накрашенным глазам их длинным шелковым платьям под которыми торчали эрегированные члены образующие у каждого огромный горб
потолок здесь должен быть довольно высоким но я не уверен и это не имеет значения так или иначе теперь я больше не боюсь это просто тени нет опасности нет тревожных звуков нет странных присутствий я засыпаю я могу забыть что когда и кого я хочу

 

ПРОДОЛЖЕНИЕ ВОЗМОЖНО...

©1975

© COPYRIGHT 2020 ALL RIGHT RESERVED BL-LIT

 

гостевая
ссылки
обратная связь
блог